Николай Прянишников. И open source, и проприентарный подход — нормальные модели, которые могут сосуществовать. Для различных задач подойдет то или иное решение. Но, мне кажется, что лучшая модель для государства — политика технологической нейтральности, когда в зависимости от задач того или иного ведомства, организация выбирает подходящее решение. С помощью open source тоже можно решать самые разные задачи. Но, для целого ряда функций, где нужны надежность и функциональность, проприентарный софт остается лучшим решением.

Мне кажется, что сегодня России нужно выбирать лучшее. Не тратить время на изобретение велосипеда и создание чего-то за огромные деньги, теряя на это годы, силы и бюджетные средства, а использовать для решения критически важных вопросов лучшие мировые технологии и экспертизу. Я не говорю о том, что это должны быть технологии Microsoft, здесь могут быть любые решения. Но двигаться здесь нужно быстрее, — средняя производительность труда россиянина в 4 раза ниже, чем у американца или в 3 раза — чем у европейца. На это, в том числе, оказывает влияние и неэффективность госсектора. Как решить эту проблему? Используя новые технологии. А есть ли время на долгосрочные инвестиции? Конечно, нет. Если мы сегодня не будем быстро двигаться вперед, внедряя новые технологии, то поезд уйдет и мы отстанем от развитых стран.

Поэтому подход должен быть другим: быстрее используя все лучшее, что есть и у проприентарных поставщиков, и у сообщества open source, делать Россию высокотехнологичной страной, в первую очередь — начиная с госсектора. Но во главу угла должна быть поставлена политика технологической нейтральности, которая во всем мире доказала свою эффективность.

Затем, если такое понимание есть на уровне государственного руководства, то уровнем ниже необходимы разъяснения: какое ПО можно теперь покупать, есть ли ограничения покупкой только СПО и др. Иначе, есть риск, что из-за отсутствия информации у чиновников на местах, ИТ-инфраструктура окажется устаревшей. Мне кажется, что это — самое худшее, что сейчас может произойти.

— Насколько сложным было для Microsoft решение об участии в сколковском проекте? Что он меняет для компании в России?

— Проект Сколково очень важен для России. Есть мнения о том, что отдельно взятым Сколково всех проблем не решить. В какой-то мере я с этим согласен, но, тем не менее, это — правильный пример того, что можно сделать. Он может послужить катализатором дальнейших событий. Для того, чтобы рынок ИТ, новаторских решений, развивался, нужно что-то сделать. И положительный пример Сколково, где будут объединены и исследовательские усилия, и усилия разработчиков, и усилия крупных и небольших российских компаний, которые придут в проект, и международных компаний, очень важен для страны. Все это сформирует экосистему, а дальше аналогичные центры можно будет реплицировать, создавать их в регионах, например.

Этот проект кажется правильным для страны, и, чем больше и активнее будет создаваться такая открытая экосистема, в том числе — с помощью крупных игроков, таких как мы, тем лучше будет для проекта.

Для нас он тоже очень важен. С помощью Сколково и с помощью партнерства в нем Microsoft решает много своих задач, которые мы готовили, и которые мы теперь можем объединить в одну систему. Например — создание R&D в России и его развитие здесь. У нас есть российский центр разработки Microsoft Business Solutions, но очень небольшой, решает отдельные задачи. С помощью Сколково мы кардинально расширяем возможности развития этого R&D-центра. Мы уже договорились по двум направлениям, и две бизнес группы компании создают здесь свои центры разработки: Microsoft Business Solutions и Technical Computing. А дальше мы продолжим разговор по другим направления деятельности компании в России, чтобы развивать новые центры разработки. Я специально пригласил на работу отдельную команду, которая будет заниматься инкубацией различных идей и взаимодействием с различными департаментами компании для того, чтобы в России запускать новые перспективные проекты.

Если все будет хорошо, продолжится развитие нашего партнерства с государством, продолжится развитие Сколково, где будут созданы достойные условия, то мы сможем убедить наши большие бизнес-группы, которые, к слову, инвестируют 9 миллиардов долларов в год в различные продукты, в которых работают больше тысячи человек по всему миру, больше создавать здесь, в России. Продукты Microsoft, созданные в России — это же здорово!

Думаю, что и для Сколково, и для нашей страны важно не только само по себе то, сколько миллиардов инвестировано, и сколько новых людей появилось в бизнесе. Это — очень важный пример. Когда речь идет о других софтверных компаниях, технологических, производственных, то для них важен сам факт участия Microsoft в российском государственном проекте.

Далее. В Сколково мы интегрируем и другие наши важные программы. Пример — программа поддержки российских инновационных стартапов. Мы помогаем им с точки зрения ПО, обучения, выхода на международные рынки, а теперь уже и финансирования. Маленькая российская компания может встать на ноги, создать новый продукт, развиться.

Меня часто спрашивают: будете ли вы покупать такие компании? Мы здесь абсолютно гибки. Самоцели нет, мы чувствуем себя уверено и без каких-либо приобретений. Но мы такого развития событий и не отвергаем. Покупка компаний — абсолютно нормально для рынка. То, что мы работаем в контакте, уже помогает стартапам, а дальше мы готовы к любому сценарию. Если молодая компания самодостаточна, развивается, мы можем быть просто партнерами. Какие-то компании мы можем приобрести.

Чем это хорошо? Разработка и рабочие места останутся в России, собственник, создавший стартап, получит хороший капитал и сможет инвестировать в другие проекты. У нас есть великолепный пример Александра Галицкого, который сам создал много компаний, продал некоторые из них и продолжает инвестировать дальше. И, если таких примеров у нас будет много, то будет сформирована экосистема, подобная той, на которой держится Силиконовая долина. У нас в России много идей и талантов, но способность создавать продукты и их коммерциализировать, развита не очень хорошо. Об этом, кстати, говорил и Дмитрий Анатольевич Медведев на заседании комиссии по модернизации, в котором я недавно участвовал. У нас есть хорошие школы, хорошие знания, много талантов, но исторически люди не знают, не умеют, не имеют возможности коммерциализировать свои идеи, превратить их в бизнес. И опыт Microsoft поможет из идей сделать продукты.

В контексте Сколково хочу упомянуть еще и наше участие в технологическом университете, исследовательские проекты, технологический центр. В целом, получается комплексное партнерство, которое выгодно нам, резидентам Сколково и государству.